Вверх - крестите сердце!

«Вверх» - это пять историй, каждая из которых украшена воздушными шариками. Очень странными воздушными шариками – они не мешают этим историям быть грустными, но делают эту грусть светлой.

Элли, я ведь не разрешил ему оставить птицу!
Карл Фредрексон

Старик, жизнь которого кончилась. У него нет друзей, у него нет родных. Когда-то была обожаемая жена – но она умерла в тот день, когда он купил билеты на самолет – слетать, наконец, на Райский водопад, о котором они мечтали еще детьми, глядя по телевизору на знаменитого путешественника Чарльза Манца, отважного героя, покоряющего дикие земли. История Карла и Элли – это первые 10 минут фильма. Те самые первые десять минут, когда обычно на фильме плачут, радуясь, что очки, выданные для 3D, скрывают слезы, столь неуместные на анимационной комедии.

А еще Карл Фредрексон – это самый потрясающая история любви, которую я видела. Именно так – только Карл, а не Карл и Элли.

Вы читали Франкла? Так вот Карл – его теория любви в чистом виде. Пока жив тот, кто любит – жив и тот, кого любят. Нет физического воплощения, но существует личность – оттиск того, кто был любим, в душе того, кто его любил. Для Карла Элли жива. Он разговаривает с ней. Он наверняка слышит ее ответы – вернее, знает, что она ответила бы (иначе почему он оставил птицу Расселу?). Правда, он ошибочно считает воплощением Элли дом, где висит ее портрет, где стоит кресло, в котором она сидела, и где лежит ее детский альбом, где она намеревалась описать все свершения, которые совершит в неизведанных землях. Впрочем, в конце концов, он понимает свою ошибку.

История Карла Фредрексона – это ящик с двойным дном. За радостным в ней – грустное, за грустным – снова радостное. Карл вырвался из одиночества и тоски, в финальных титрах – все тот же фотоальбом, в котором фотографии, на которых они с Расселом ходят на пикники, играют и путешествуют – но все равно понимаешь, что этой радостью, как желтыми кирпичами, выстлана дорога в самый последний изумрудный город. Это грустно. Но при этом воздушные шарики делают свое дело – ты понимаешь, что смерть неизбежна, но это не пугает и не угнетает. Это особенно остро позволяет осознать, насколько ценно настоящее. И что жизнь – лучшее приключение.

( Read more... )

Roland Garros 2009 - Федерер повторил рекорд Сампраса.Да, это случилось! Роджер Федерер выиграл турнир Роланд Гаррос в отсутcтвии своего главного соперника Рафаеля Надаля. Встретиться ему пришлось в финале со шведом Робином Седерлингом. Роджер очень уверенно переиграл Робина в трех сетах. Тут анализировать особенно нечего. Просто теннис Федерера намного превосходил игру Седерлинга. Я очень рада за Роджера, т.к. этот трофей ему достался по заслугам. Теперь он повторил рекорд Пита Сампраса, выиграв 14 титулов категории "Большого Шлема". До сегодняшенего дня, этот турнир оставался единственным, в которм Роджер Федерер не мог выиграть. Сегодня все изменилось и Роджер стал легендарным. Следующий Уимблдон. Я почему-то уверена, что Роджер выигает и этот титул. Вы знаете, я обожаю таких мастеров как Роджер! Слов у меня нет.

Главный трофей вручал Андре Агасси. Ой, я прямо чуть не упала. Двое самых моих любимых мужчин встретились! Обожаю как Андре, так и Роджера!
Фото: FFT/rolandgarros.com

Гей-парад в Москве все-таки состоялся ))))

Момент истины.

Еще немного. Еще минутку можно было постоять перед окном, глядя на дождь и ощущая за спиной присутствие мужчины, которого любишь. Минутку. Пять. Десять. Или сколько там еще требуется ему времени, чтобы допить кофе, встать, зашнуровать ботинки и протянуть к ней руки: "Ну все, я пошел".

Он всегда уходит — вот в чем проблема. А она всегда ждет, что он останется. "Почему мы не можем жить вместе?"— этот вопрос за три месяца их романа она уже успела задать, наверное, раз сто. В мыслях, правда. И успела столько же раз мысленно услышать ответ: "Слишком рано, малыш. Куда нам торопиться?"

"Ты меня любишь?" — это тоже постоянно хотелось спросить. Каждое его эсэмэс из серии "Доброе утро, солнышко!", каждый его телефонный звонок: "Как дела?", каждый невинный его монолог: "Тут Сергей Иванович мне и говорит..." хотелось заглушить громким воплем: "Да любишь ли ты меня, черт побери?! Что мы ходим вокруг да около?"

Иногда казалось, что он все понимает, сочувствует ее терзаниям. Просто считает, что пока не время для громких слов. Или сдерживает эмоции. Он ведь мужчина, его с детства учили не распускать нюни. Поэтому он скрывает свою уязвимость, свои чувства. Да, точно скрывает. Вот вчера — ах, как он целовал ее вчера, как склонялся над кроватью, уговаривал: "Мне правда надо идти". В его глазах было столько влажной нежности...

"Исчез весь мир — есть только ты и я..." — реклама на радио сменилась тихой, пронзительно актуальной мелодией. Даже он, ее мужчина, радость ее, счастье всей ее жизни, перестал стучать ложечкой о чашку. Затих. Он тоже почувствовал волшебство момента.

"Есть только ты и я". Она подняла подбородок и часто-часто заморгала — только бы не заплакать. Тишина за спиной набухала, как весенняя почка. Сейчас. Сейчас он скажет. Он ведь сам этого хочет. Давно. Белоснежным цветком раскроется все, что он так долго таил в себе. Тогда и она сможет выдохнуть долгожданное: "И я".

"Солнышко..." Ой, мамочки, вот оно. Она обернулась. Он смотрел на свои руки, серьезный, торжественный. "Что?" — спросила дрожащим голосом. "Солнышко, как ты думаешь, с какой скоростью у человека ногти растут?"

Наталья Радулова